Письмо в редакцию Подписка на новости
Ок
Пермская краевая газета

Основана в ноябре 1917 года. Учредитель
и издатель — АО «Газета «Звезда»

Суббота 23 июля 2016 года

Реклама в газете
КОТИРОВКИ / Цена открытия 23.12.09 28.12.10 30.12.11 28.12.12 28.12.13 23.07.16
Автоваз 14,5 35,99 19,488 16,05 10,893 8.8
ВСМПО-Ависма 1983 3501,69 5445,49 5467,09 3262,82 12056
ВТБ 0,0694 0,1016 0,05812 0,05417 0,04902 0,0736
Смотреть все котировки
Газета

По полосам    По разделам

№ 98 (32262)

от 2 сентября 2014

Ок
Ок
Политзона ПОЛИТЗОНА

Всесвятский треугольник

На месте бывшего сталинского Понышлага и последней в СССР политзоны «Пермь­35» в Чусовском районе побывала делегация столичного Свято­Тихоновского православного университета во главе с ректором, протоиереем Владимиром Воробьевым. Москвичей сопровождал журналист «Звезды».

Протоиерей Владимир Воробьев, старший научный сотрудник ПСТГУ Лидия Головко и Владимир Кургузов в музее ИК № 35Протоиерей Владимир Воробьев, старший научный сотрудник ПСТГУ Лидия Головко и Владимир Кургузов в музее ИК № 35

Наш автобус медленно ползет по старой разбитой брусчатке, которую укладывали руки политзаключенных. Всем хорошо известна ставшая музеем «Пермь-36» в деревне Кучино — недалеко от Чусового. Но она была только одной из трех спецколоний для опасных государственных преступников в составе созданного в 1972 году в Пермском крае Управления ВС-389. Еще две — «Пермь-37» и «Пермь-35» находятся в глухих темных лесах к востоку от Чусового.

Дорога туда идет через поселок Всесвятский, где находится самая большая колония в Пермском крае — ИК № 10 на 2,3 тысячи заключенных. Все три колонии в Чусовском районе соседствуют в радиусе десятка километров, образуя, словно Бермудский треугольник, особую зону, в которой и поныне на годы исчезают тысячи мужчин.

ИК № 10 ведет начало от страшного сталинского Понышлага, который был создан для строительства Понышской ГЭС на реке Чусовой. Здесь, в поселке Всесвятский, рядом с железнодорожной станцией в 1942 — 1948 годах находился один из пяти лагпунктов вместе с конторой Понышского ИТЛ. Поселок застроен старыми сталинскими двухэтажками, в которых до сих пор живут семьи охраны. Вокруг зоны снуют гужевые повозки местной конструкции, понукаемые бесконвойными зэками в черных робах. В колонии есть свое деревообделочное производство.

Наш автобус притормозил около гостиницы, где останавливаются родственники осужденных. Прямо перед нами — огромные железные ворота-шлюзы ИК № 10 строгого режима, направо дорога уходит в поселок Половинка к ИК № 37 общего режима. Но наш путь лежит налево: в поселок Центральный к знаменитой ИК № 35 (особый режим), который тоже возник в 1942 году как еще одно отделение Понышлага.

Свернув налево, мы долго объезжаем длинный, словно китайская стена, монументальный забор десятой колонии. И вдруг видим маковку православного храма, взошедшую над колючей проволокой. Храм Cвятителя Николая в ИК № 10 появился по инициативе самих заключенных в 2006 году. Некоторые из икон в храме вышли из-под кисти бывшего сидельца Юрия Скоробогатых, который сначала научился писать иконы, а уже затем здесь же в «десятке» крестился в православную веру.

Глава нашей делегации протоиерей Владимир Воробьев в дороге не был разговорчив. За неделю пребывания на пермской земле, после поездок в Ныроб и Усолье он заметно подустал, все-таки возраст, 73 года. А в Пермь почти каждый день приходилось возвращаться уже ближе к полуночи.

Имя отца Владимира Воробьева далеким от православной церкви людям стало известно в 2007 году, когда его дочь, учительница музыки Варвара Артамкина с большим риском для жизни отказалась от аборта, родив пятерых чудесных близнецов: Лизу, Варю, Надю, Сашу и Таню! Президент РФ Владимир Путин подарил необычной семье четырехкомнатную квартиру в Москве.

Для людей верующих выпускник МГУ, кандидат физико-математических наук, протоиерей Владимир Воробьев известен как руководитель столичного Свято-Тихоновского православного университета. Кроме того отец Владимир один из подвижников-исследователей истории Русской церкви, который содействует восстановлению правды и прославлению Собора новомучеников и исповедников Российских.

— Цель нашей поездки, — говорит отец Владимир, — побывать в тех местах, где страдали невинно осужденные люди. Для меня это далеко не первая поездка туда, где были колонии в сталинское время. Мы были на севере, видели лагеря, где еще сохранились остатки бараков и колючей проволоки. Мой дедушка, настоятель храма Николы в Плотниках на Арбате, побывал трижды в тюрьме, скончался в камере в 1940 году. Я его никогда не видел, но меня назвали Владимиром в его честь.

На въезде в поселок Центральный один из заключенных колонии-поселения поднимает шлагбаум, пропуская автобус в маленький поселок, вынырнувший как будто из 50-х годов прошлого века.

В своем кабинете нас встречает начальник ИК-35 Владимир Уткин. Он рассказывает, как бывает рад, если кто-то из его подопечных, матерых рецидивистов, решает завязать, а потом пишет ему письма с воли.

— Редко, но такое бывает, что человек действительно исправляется, — говорит Владимир Васильевич. — И церковь нам в этом помогает. В прошлом году на территории нашей колонии мы начали строить храм Святой Матроны Московской, уже возвели его под крышу.

Из кабинета начальника мы отправляемся в музей при колонии, где собраны вещи из обихода охранников, оружие и фотографии. Но главное — история сталинского времени, зловещие тени Понышского ИТЛ — запрятано в самой дальней, комнате музея.

В 1942 — 1948 годах первые заключенные лагеря строили Понышскую гидроэлектростанцию, которая должна была стать частью грандиозного каскада ГЭС на реке Чусовой, связав ее с великими сибирскими реками.

Протоиерей Владимир Воробьев спросил создателя музея: были ли среди заключенных Понышлага пострадавшие за веру? Ответить на этот вопрос оказалось непросто. По словам Владимира Кургузова, в годы войны в Понышлаге трудились в основном немцы-трудармейцы (которых тоже нужно признать безвинно пострадавшими) и немецкие военнопленные… А в 1946 году сюда отправили осужденных за «контр-революционные преступления». Первые партии доходяг, большинству которых требовалась срочная медицинская помощь, прибыли с Воркуты.

В 1946 — 1952 годах это был специализированный лагерь для политических, численность которых доходила до 4,6 тысячи человек.

После почти двадцатилетнего перерыва, во время которого здесь держали уголовных преступников, в 1972 — 1991 годах зона снова стала «политической». В это время здесь сидели Натан Щаранский, Глеб Якунин и пермский скульптор Рудольф Веденеев. Именно он является автором мемориальной доски, украшающей один из бараков ИК № 35: «Отсюда уходили на волю последние политические заключенные коммунистического режима».

Сейчас у колоний «Всесвятского треугольника» новая история, к невинно осужденным отношения уже не имеющая…


К содержанию номера

Комментарии (0)

Оставить свой комментарий

По требованию российского законодательства, комментарии проходят премодерацию. Мы не публикуем сообщения, содержащие мат, сниженную лексику и оскорбления, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Не допускаются сообщения, призывающие к межнациональной и социальной розни.

Почта нужна для отображения аватара. Подробнее на сайте Gravatar.
Антиспам
Отправить
Календарь