Письмо в редакцию Подписка на новости
Ок
Пермская краевая газета

Основана в ноябре 1917 года. Учредитель
и издатель — АО «Газета «Звезда»

Суббота 22 июля 2017 года

встречай юбилей +100

Новости

15:48  03.05.17 Тенденция

На пермском «Протоне-ПМ» подвели финансовые итоги прошлого года, которые выглядят весьма противоречиво, – как, впрочем, и положение во всей ракетно-космической отрасли страны.

С одной стороны, выручка самого крупного космического предприятия Пермского края выросла в 1,8 раза – до 6 миллиардов 794 миллионов рублей, причём основная её доля (более 4 миллиардов рублей) приходится именно на реализацию ракетно-космической продукции, то есть рост в 1,6 раза.

С другой – чистый убыток по международным стандартам финансовой отчетности по сравнению с 2015 годом тоже вырос в 1,6 раза – до 214,5 миллиона рублей. И это ещё хорошо, потому что убыток, рассчитанный по российским стандартам бухгалтерской отчетности, получается выше прош­логоднего в 2,1 раза (403,1 миллиона рублей).

В разницу входит рост чистого убытка, обусловленный долгами по дебиторской задолженности, выплатой неустоек за несвоевременное исполнение обязательств в 2014–2015 годах, а также повышением стоимости услуг банков.

Как говорится, а чего ещё ждать от года, в который Россия впервые уступила первенство по количеству пусков сразу двум конкурентам – Китаю и США? Они произвели каждый по 22 пуска, а наша страна – только 17.

 И хотя вице-премьер российского правительства Дмитрий Рогозин грозится в 2017 году поднять число стартов отечественных ракет-носителей до 23, это в основном будут всё те же «Протоны», да и число выглядит большим только относительно: столько же пусков Россия сделала, например, в 2004 году. Тех же «Протонов».

То есть в отечественной космонавтике за прошедшее десятилетие почти ничего не изменилось, в то время как основные конкуренты, спокойно отдав нам на откуп услуги космических «извозчиков», изо всех сил проводили качественную модернизацию.

Ну вот, собственно, время и пришло – мы изо всех сил стараемся достичь больших показателей теми же средствами, а в Штатах на тот же 2017-й только частная компания Илона Маска SpaceХ запланировала 24 пуска своей средней ракеты Falcon 9 и два запуска новой ракеты-носителя Falcon Heavy, которая должна вывести SpaceX в новый сегмент тяжёлых ракет-носителей.

В России о собственной тяжёлой ракете пока только говорят. И хотя SpaceX, скорее всего, чересчур оптимистична, даже при массовом переносе сроков запусков вполне реально, что американцы выйдут на 25–30 пусков по всем компаниям и моделям ракет-носителей уже в этом году.

Кстати, у «Ололоши Маска», как иронично называют его в российской блогосфере за неумеренные амбиции, отлично получается другая, неафишируемая роль: быть драйвером не только отрасли, но и нации, эксплуатировать нематериальную мотивацию к сверхэффективному труду. Энтузиазм называется. Врёт, но вдохновляет. Можно сказать, вдохновенно врёт.

Сообщение же о том, что пермский «Протон-ПМ» разместил на сайте госзакупок в документации закупки у единственного поставщика информацию о намерении открыть с 1 июля 2017 года до 30 июня 2019 года кредитную линию в Сбербанке на 2,3 миллиарда рублей для финансирования затрат, связанных с реализацией контрактов центром имени Хруничева, атакже контрактов на изготовление двигателей РД-276 («Протон-М») ничего, кроме тяжёлого вздоха, не вызывает.

И дело не в кредитной кабале, повисшей тяжким бременем на компании, поскольку кредитование для обеспечения текущих затрат на любом предприятии – дело обычное. Просто опять «Протон», а где же «Ангара»?

Ведь эта старая добрая космическая лошадка давно хромает: начиная с 2010 года на «Протонах» стабильно происходит по одной аварии в год. И лишь 2016-й пока что стал условно счастливым исключением, хотя июньский запуск «Протона» с аппаратом Intelsat-31 снова чуть не закончился аварией.

Это ни в коей мере не упрёк пермским ракетостроителям, к продукции которых никаких претензий нет. Однако любимый слоган «Протона-ПМ» о «самой надёжной в мире ракете-носителе «Протон» стоило бы заменить на «самую надёжную в мире первую ступень ракеты-носителя «Протон».

Относительно же разгонного блока «Бриз-М» воронежского производства есть большие сомнения. Кстати, этот же блок собираются применять и в ракетах-носителях «Ангара-А3» и «Ангара-А5». Что особого оптимизма тоже не вызывает, ведь продукцию пермских ракетчиков нельзя отделить от остальной отрасли – в конечном итоге все работают на один результат.

К тому же время «Протона» стремительно уходит: в сентябре прошлого года на конференции с Владимиром Путиным глава Роскосмоса Игорь Комаров сообщил, что на 2018–2019 годы заключены всего лишь 10 (!) контрактов на пуск этой ракеты. Грубо говоря, остальные заказчики массово перебегают к той же SpaceХ или к китайцам.

Кстати, о китайцах. В 2004 году они сделали всего 8 пусков, в 2016-м, как мы уже говорили, – 22. Кроме того, в Китае в настоящее время разрабатывается совершенно новая линейка ракет-носителей «Чанчжэн» («Великий поход») модификаций 5, 6, 7.

Первый запуск тяжёлой китайской ракеты «Чанчжэн-5», аналога российских ракет «Ангара» и «Протон», состоялся ещё в прошлом году, а на 2017-й китайцы запланировали два пуска своей тяжёлой «пятёрки».

Новая китайская лёгкая («Чанчжэн-6») и средняя («Чанчжэн-7») ракеты тоже уже опробованы тестовыми запусками в 2015–2016 годах и в пятилетку 2016–2021 годов должны заменить старую серию ракет «Чан­чжэн-2», построенную ещё на основе межконтинентальных баллистических ракет, использовавших высокотоксичное топливо, схожее с гептиловым топливом российского «Протона».

То есть Китай делает всё то же, что и мы, – только быстрей. Если в Поднебесной осуществят все планы по новым ракетам, то к 2020 году КНР сможет запускать по 30 ракет в год. И в этом случае Поднебесная может вполне реально занять первое место по количеству пусков в ближайшие два-три года.

Что, в общем-то, неудивительно для страны, чья экономика стала второй в мире по размеру ещё в 2010 году и первой по ВВП, пересчитанному по паритету покупательной способности, в 2014 году. При этом Китай догоняет Россию и США в космосе и по другим направлениям, компенсируя обширной программой запусков отставание во многих программах.

Таким образом, вместе со всей российской космонавтикой пермский «Протон-ПМ» сейчас переживает не просто критический, а драматический момент. И, честно говоря, лучше заранее готовиться к тому, что и в 2017 году мы не займём первое место по количеству пусков, то есть окончательно распрощаемся с и без того сомнительным званием космического «извозчика».

Собственно, непонятно, чем тут гордиться-то, ведь на фоне успехов американских аппаратов на Марсе и европейского «Кассини» в кольцах Сатурна у России нет ни одного действующего космического аппарата за пределами околоземной орбиты. За последние годы были предприняты всего две попытки («Фобос-грунт», например) – обе завершились неудачей. Так что на этом фоне планы по освоению Луны для Роскосмоса – это очень амбициозно.

Но при несомненной высококачественной работе пермяков искать причины отставания всей российской космонавтики в работе каких-то отдельных предприятий – чересчур наивно. Налицо явно системные проблемы, и решать их надо тоже системно.

Если американцы за последние 13 лет действительно сделали качественный переход от государственной космонавтики к частной, то у нас изменения в основном структурные: кого-то с кем-то слить или переподчинить. По последним слухам, вот уже и недавно образованная госкорпорация «Роскосмос» стала вызывать недовольство, в связи с чем её планируют объединить с акционерным обществом «Энергия».

Кроме того, в состав новой корпорации могут быть переданы и ресурсы расформированного «Спецстроя России». Правда, нынешний глава Роскосмоса Игорь Комаров уже вряд ли возглавит новую структуру и, скорее всего, будет переведён на другое место работы. Говорят, возглавит Самарскую область.

Новый же космический монстр может войти в состав уж совсем монструозного Ростеха, который недавно поглотил «Уралвагонзавод». Таким образом, пермский «Протон-ПМ» в конечном итоге может оказаться под той же самой «крышей», где уже находятся другие крупнейшие предприятия Пермского края – «ОДК – Пермские моторы» и «Мотовилихинские заводы».

А глава Ростеха Сергей Чемезов окончательно станет фигурой номер один в российском ОПК, потому что будет отвечать и за производство авиадвигателей, и за танки, и за ракеты.

Но очередные преобразования – это неизбежные кадровые перетряски и выстраивание новых взаимоотношений. Что опять-таки потребует времени, которого российской космонавтике катастрофически не хватает.

Какое место в этой структуре займёт «Протон-ПМ» и что будет с обещаниями Роскосмоса инвестировать в Пермский край до 2020 года 10 миллиардов рублей в развитие кластера «Новый Звёздный», а также сделать пермское предприятие серийным производителем маршевых двигателей для «Ангары» – спросите что-нибудь полегче.

В финансовом отчёте «Протона-ПМ» только одно утешает. Выручка предприятия от реализации изделий для оборонно-промышленного комплекса в 2016 году достигла 1,515 миллиарда рублей – рост в 9 раз.

Надо полагать, можно не объяснять, что это напоминает. Но чисто по-человечески всё же хотелось бы видеть такой же скачко­образный рост и в случае с двигателем РД-191 для «Ангары»…

Алексей КЛОЧИХИН


»»» Подписывайтесь на Telegram, Twitter, Facebook или ВКонтакте газеты «Звезда»!

К списку новостей

Фоторепортаж

Оханские цапли гнездятся в кронах

<>

Фото 1 / 1

Календарь
Самые комментируемые

за неделю за месяц